alp.org.ua / Спелеология / Легенды пещеры Мата-таш на Восточном Памире

Легенды пещеры Мата-таш на Восточном Памире

Пещера Мата-таш является одной из наиболее известных пещер Памира, хотя ее длина всего 3 м. Широкую известность она получила благодаря местной легенде, согласно которой в древности китайскими войсками в этой пещере были спрятаны огромные сокровища. Вход в пещеру очень труднодоступен и располагается примерно посредине 450-метровой отвесной скалы. После нескольких неудачных экспедиций, в 1958 году пещера была достигнута альпинистами Ленинградского университета. Они установили, что никаких сокровищ там нет, а сама пещера имеет около 20 м в ширину, полтора метра в высоту и около трех метров в длину. Однако, некоторые археологические находки, которые относятся примерно ко времени описываемому в легенде, были сделаны разными экспедициями в других пещерах района. Помимо этого, в той же скале находятся и другие входы. В одном из них альпинисты видели возможные продолжения, но не придали им значения.

Две экспедиции украинских спелеологов (1991-1992 гг.) по изучению пещер этого района позволили сделать определенные выводы о генезисе пещер скалы Мата-таш. Предполагается наличие соединения некоторых из этих входов с обширными полостями внутри массива. В статье, также, сделана попытка найти исторические предпосылки возникновения легенд о сокровищах в пещерах Памира.

ABSTRACT: Ridush В. The Caves of the Mata-Tash Cliff on the East Pamir. Mata-Tash Cave is one of the most famous caves of Pamir although it is only 3 m long. It received much attention due to aborigines legend, according to which the great treasure was hidden in the cave in the ancient time by the Chinese troops. The cave entrance is situated nearly in the middle of 450 m high cliff and is almost inaccessible. After few unsuccessful expeditions the cave was reached in 1958 by climbers of the Leningrad University. They found no any treasure there and reported the cave being about 20 m wide, 1.5 m high and 3 m long.

However, some archaeological findings dated to the time described in the legend, were made by different expeditions in other caves of the area Also, few other entrances are situated in the same cliff. In one of them climbers saw some leads but didn’t paid proper attention to them.

Two Ukrainian cavers expeditions (1991-1992) have explored caves in this region and brought some light to the genesis of caves in the Mata-Tash Cliff. It is assumed that few of these entrances are connected with large cavities inside the massif. Historical sources of the legends about treasures in Pamir caves are also discussed.

Несмотря на свои более чем скромные размеры, пещера Мата-таш является одной из наиболее известных пещер Средней Азии. Редко какой рассказ или книга о Памире (в том числе и фундаментальный обзор карста мира (Гвоздецкий, 1981)) обходится без упоминания о пещере в отвесной скале возле оз. Рангкуль.

Начало ее известности, в конце прошлого века, положила статья в «Туркестанских Ведомостях» за подписью Л.О. (Рангкульская пещера и Чаракташ, 1898). В статье были приведены легенды о некоторых пещерах вблизи оз. Рангкуль. Вот что гласила одна из легенд:

«Лет 200-300 тому назад (то есть 16-17 века) зимою в Рангкульской котловине появились многочисленные китайские войска. Найдя хорошие пастбища по берегам Рангкуля, они решили здесь зимовать и разбили лагерь вблизи пещеры на берегу озера. Однако вскоре выпал такой глубокий снег, что лошади не могли добывать себе корм из-под него, и начался их падеж; к тому же стали истощаться и продовольственные припасы. Войска начали роптать и бунтовать. Тогда более сметливые союзники китайцев выбрали лучших лошадей и ночью бежали из лагеря, а чтобы не было погони за ними, то перерезали жилы ног оставшихся лошадей, которые поэтому к утру все пали. Таким образом, китайские войска остались в совершенно беспомощном положении, на половину занесенные снегом и лишенные возможности куда бы то ни было двинуться. Тогда китайцы, видя неизбежную гибель, решили спасти хоть казну и богатства. Выбирая для склада ценных вещей место, они остановили свое внимание на пещере, которая казалась им вполне надежным хранилищем. Оставалось найти способ добраться до нее. Для этого они режут на куски трупы лошадей и прикладывают их к отвесу скалы. Куски крепко примерзали к граниту (в действительности, массив сложен мраморизованными известняками — прим. авт.), и таким образом получилась импровизированная лестница, по которой китайцы достигли пещеры и сложили в ней свои богатства, а сами поселились в другой пещере на южной стороне кряжа, и вскоре от холода и голода все погибли. С наступлением весны куски оттаяли и упали, и пещера снова сделалась недоступной, сберегая по сей день вверенные ей сокровища.

Много раз киргизы пытались добраться до пещеры, но безуспешно, и пришли к заключению, что в ней живет шайтан (черт), охраняя сложенные там сокровища; так лет полтораста тому назад один богатый киргиз, воспользовавшись суровой зимой, вздумал сделать тоже лестницу из мяса животных; для этого он перерезал весь свой скот и добрался до пещеры, но лишь только взглянул в нее, как услышал страшные звуки, которых испугался до такой степени, что упал и убился; лет 30-40 тому назад появился один таджик, который отважился на рискованное предприятие: цепляясь за незначительные неровности скалы, пополз он к пещере и на половине пути увидел сложенные ятаганы, сундуки и разные тюки, а между ними сидел страшный черный зверь, которого таджик так испугался, что упал и сломал себе ребра. После этого несчастного случая больше уже никто не отваживался посягать на приобретение богатства, а между тем они время от времени, рассказывают киргизы, дают себя знать: так например, лет 20 тому назад ветром выдуло из этой пещеры парчовой халат, и сравнительно еще недавно, выпало оттуда небольшое серебряное ведерко, которое было продано нашедшим его киргизом в Кашгаре за 90 рублей.

Таким образом, киргизы уверены в существовании богатств в этой пещере и, проезжая по дороге, вблизи которой она находится, с завистью посматривают на виднеющееся отверстие.

В пещеру же, в которой, по словам киргиза, погибли китайцы, взобраться можно в течение дня, не подвергая себя большому риску. Однажды, гласит легенда, несколько киргиз, взяв с собою достаточное количество сала для светильников, полезли к этой пещере в надежде найти проход, соединяющий обе пещеры, и таким образом поживиться богатствами. Достигнув пещеры, они нашли массу золы и груду человеческих костей; затем они пошли по длинному и узкому коридору, где было много громадных летучих мышей, часто задувавших ночники. Шли они этим коридором около трех дней и, наконец, наткнулись на громаднейших размеров человеческий череп; этого черепа они так испугались, что дальше идти не посмели; к тому же сала у них оставалось немного, и они поспешили вернуться обратно. Были и еще попытки пробраться к пещере этим коридором, но ни одна из них не увенчалась успехом, так как одни возвращались, увидев на полдороге какого-то сидящего человека, а другие — страшного черного зверя и т. п. Все это окончательно убедило суеверных киргиз, что клад в пещере несомненно существует, но крепко охраняется шайтаном.»

Далее Л.О. пишет: «Неподалеку от Ранг-куля, известного озера на Памирах, выступает совершенно отвесный скальный кряж, на северной стороне которого виднеется отверстие, по-видимому, пещеры, а под ним что-то белое, напоминающее издали небольшие кучки мешков. Смотря на отверстие в бинокль, я довольно ясно различал эти комки, но простым глазом рассмотреть их очень трудно, причем кажется, будто там что-то сложено и прикрыто брезентом.

Добраться до этой пещеры вследствие значительной высоты кряжа совершенно невозможно ни сверху, ни снизу, и вот фантазия рангкульских аборигенов облекла пещеру таинственностью и создала целую легенду» (Цитируется по (Кастанье, 1915).

Ту пещеру, что зияет в отвесной скале, называют Мата-таш. Как пишет К.В. Станюкович (1977), «таш» — это камень, а «мата» — это тонкая белая материя местного производства вроде мешковины.

Такое же название носит и сама скала. Она расположена с левой стороны от входа в ущ. Салык-Таш. В скале видны три входных отверстия:

Скала Мата-таш (в центре) и устье ущелья Салык-таш — вид от оз. Ранг-куль (фото автора).

Одно из них, расположено метрах в 40-ка от подножия, с левой стороны скалы. Э.М. Мурзаев (1973) упоминает, что еще в 30-х годах альпинисты Таджикско-Памирской экспедиции «поднялись к нижней наиболее доступной пещере и, ничего не обнаружив, оставили записку о своем посещении» (можно предположить, что это были участники отряда Н.П. Горбунова, который работал в этих местах во время первой Памирской советско-германской экспедиции 1928 г. (Горбунов, Щербаков, 1928). — Прим.авт.). В 1991 г. туда поднимались участники сборной украинской спелеологической экспедиции Д. Нехамкин и Ю. Гринченко (Симферополь). Эта пещера сравнительно доступна — несколько часов восхождения в связке, но бесперспективна — глухой грот, скорее всего, нивально-коррозионного генезиса.

На этом фото видна пещера Мата-таш

Скала Мата-таш. Фото: Горшенина Галина

Два других входа расположены гораздо выше — примерно в 180 м от подножия. «Пещерой сокровищ» считается тот, что слева. Над уровнем Рангкульской котловины эта стена возвышается примерно на 400-450 м. Сверху гребня до входа в пещеру метров 220, снизу — метров 180. Вход в пещеру Мата-таш как бы вдавлен в стену и имеет в высоту около 5 метров, а в ширину метров 20.

Схема пещеры, сделанная во время экспедиции А.В.Блещуновым

Пещеру, находящуюся по другую сторону хребта, в которой погибли китайцы, местные киргизы называют Сыйкырдуу-ункюр — «Заколдованная пещера» (Ридуш, 1993). В литературе эта пещера упоминается под разными названиями — Рангкульская-2 (Блещунов, 1957), Зорсалак-ташункюр (Горбунов, Щербаков, 1928), Салакташ (Ранов, 1959, 1967), Путников (Черныш, 1987). В действительности, название «Салык-таш» относится к ущелью, в котором находится вход в пещеру. Как объясняли нам рангкульские киргизы, «салык» — это разновидность аркана с привязанным камнем, которым ловят кутасов (яков). В самом деле, ущелье разветвляется на две дуги, образуя в плане подобие круга с камнем посредине — изолированным скальным останцем.

«Зор» (или «сор») по-киргизски — ущелье, долина. «Зорсалакташункюр» — пещера в ущелье Салакташ.

Название «пещера Путников» возникло, очевидно, в связи с пребыванием и гибелью в ней, согласно легенде, людей — «путников».

Скальная вершина над стеной Мата-таш носит название Калак-таш (по крайней мере, так обозначается на картах), что, по нашему предположению, может быть переведено как «скала — замок», «скала — крепость», «каменная башня» (тюрк.). Недоступный, окруженный со всех сторон отвесными стенами скалистый хребет в самом деле напрашивается на подобное название.

Еще одна легенда о пещере Сыйкырдуу гласит, что из нее есть подземный путь в Китай и Афганистан, по которому даже можно провести караван. Влияние устной народной традиции оказалось столь велико, что уже в наше время этот фантастический сюжет был не без успеха использован спелеологами из г. Балашихи для получения содействия советских погранвойск в проведении экспедиций в эту пещеру. Впрочем, возможно что пещера в самом деле имела когда-то второй вход, однако не далее, чем из соседнего ущелья (Ридуш, 1993).

Знаки на правой стене входной галереи (фото автора)

Первым, из известных нам исследователей, кто всерьез поверил легенде и занялся поисками клада, был альпинист и кладоискатель из Одессы А.В. Блещунов. Летом 1950 г. с группой товарищей (в их числе С. Стешенко, Б. Верховский, Т. Кишковский и др.) он отправился к ущелью Салык-таш чтобы найти подтверждение легенде. Прежде всего, он, хотя и издали, хорошо описал пещеру Мата-таш: «На розовом фоне всего массива резко выделялось сердцевидное отверстие высотой около 6 м, обращенное острием вниз и на две трети забитое какой-то серой массой (согласно более поздним данным, высота всего отверстия около 20 м — прим.авт.). В бинокль удалось рассмотреть, что эта масса напоминает конгломерат речных или моренных отложений, где среди галечника и песка вкраплены отдельные крупные камни. Верхняя часть этой пробки выдается вперед, образуя подобие балкона».

А. Блещунов одним из первых отметил, что так называемая «кладка» у входа в п. Мата-таш на самом деле сложена пещерными отложениями. Его группа также одной из первых попыталась подняться по скале к пещере, но, после нескольких срывов на высоте около 10 м, прекратила попытки.

Гораздо больших успехов этой группе удалось добиться на другой стороне хребта — в пещере Сыйкырдуу (Рангкульской-2 по А. Блещунову). Ею был составлен первый план входной части пещеры, ее описание. Помимо этого сделано также несколько интересных археологических находок: «На скалах правой стороны пещеры мы заметили три группы выцарапанных в камне черточек. Эти черточки, направленные, как нам кажется, к стоку в своде пещеры, явно нацарапаны рукой человека» (Блещунов, 1957).

Нам не удалось найти эти черточки в указанном А. Блещуновым месте. Зато в 1992 г. мы обнаружили какие-то знаки на правой стене входной галереи. Нам они показались более похожими на китайские иероглифы. Они скорее не нацарапаны, а выбиты на ровном участке стены каким-то тупым предметом, причем на недосягаемой, без дополнительных приспособлений, высоте — около 8 м над уровнем пола, что (принимая во внимание окружающий ландшафт) делает их современное происхождение весьма маловероятным. Если эти знаки удастся расшифровать или прочесть, то, возможно, они послужат одним из подтверждений романтической легенды.

Раскопки группой Блещунова проводились недалеко от входа в пещеру. На глубине около 20 см был вскрыт слой золы, затем несколько «тряпочек» — «кусок красного сукна с синей каймой очень хорошей выделки, кусок шерстяной веревки и кусочек белого шелка, отороченного белой кошмой… По выделке, — пишет А.Блещунов, наши находки можно отнести примерно к 16 в. нашей эры».

Было найдено еще несколько металлических предметов: «… изображение жука с хорошо выраженными крыльями и подкрыльями. Головка жука была отбита, спинка сделана из серебра, брюшко из меди. В спинку были вделаны два коралла и зеленоватый камешек, возможно яшма или змеевик, и имелись два отверстия — следы выпавших камешков. Судя по всему, скульптурка жука являлась каким-то амулетом — на ней сохранилось отверстие для подвески» и «… разомкнутый бронзовый браслет овальной формы, концы которого были украшены стилизованными изображениями жуков». С формулировкой «археологи считают» последняя находка была отнесена к 1-2 вв. н.э.

В июле 1951 г. группа альпинистов Туркестанского военного округа из Ташкента (рук. В.И. Рацек), вдохновленная находками группы А. Блещунова, предприняли попытку штурма пещеры Мата-таш (Рацек, 1953; Поляков, 1961, Станюкович, 1977). Штурм проводился одновременно снизу и сверху. Попытка штурма сверху не принесла никаких результатов. Взойдя на скальный гребень с южной стороны и переночевав наверху, группа попыталась сбросить вниз 300-метровую веревку. Однако, несмотря на корректировку по радио, из этого ничего не получилось.

Группе, восходившей снизу, также не удалось достигнуть самой «пещеры сокровищ». Однако, они побывали во втором крупном входе на этой скале (назовем его условно «пещерой Рацека«, см. фото 3), который расположен несколько ниже и правее, и дали хотя краткое, но единственное на сегодняшний день описание этой пещеры: «Пещера была неглубока. Внутри оказалось много обвалов, «карманов», узких ходов. Кроме следа пребывания грифов, в ней ничего не было найдено» (Поляков, 1961). Даже по этому краткому описанию можно понять, какие реальные спелеологические перспективы остались нереализованными.

Интересным представляется сообщение, что обе группы были атакованы «целой стаей белоголовых грифов, которые с высоты пикировали на людей, не обращая внимания на пистолетную стрельбу» (Поляков, 1961). Известный исследователь Средней Азии Э.М. Мурзаев, который оказался свидетелем этого штурма, сообщает также следующее: «Скалолазы В.И. Рацека при мне поднялись на вершину Мататаша, обойдя скалы с тыльной стороны, и с верхней бровки на веревках спустились параллельно стене (эти веревки наверное и до сих пор там висят; по крайней мере, их видели участники наших экспедиций 1991-92 гг., но воспользоваться ими никто не решился — Прим.авт.). В одну из пещер проникли двое альпинистов, но, кроме большого слоя помета диких козлов, ничего не увидели» (1973). При всем уважении к скалолазным способностям диких козлов, все же трудно согласиться с возможностью их передвижения по отвесным стенам. Это значит, что, либо альпинисты оказались не вполне компетентны в помете, либо козлы проникали в пещеру другим путем.

Рассказы о кийках (диких козлах) в пещере подтверждает и другой источник. Известный исследователь Памира К.В. Станюкович приводит рассказ местного муллы Муссы Мусатдинова, который сам проявлял интерес к загадкам рангкульских пещер: «Ход наверное есть, — сказал Мусса, — В пещеру откуда-то кийки заходят. Я сам видел. Один раз киик был там два дня. Откуда? Куда ушел? Отсюда дороги нет. Вниз он не упал, я все время искал внизу. По стенке пройти нельзя. Может быть, с другой стороны все-таки есть ход? Из пещер. Далеко идти, но ход есть. Или раньше был. … Может быть, и завалило? Когда я был молодой, один человек был. Он дорогу туда знал. Я был молодой, он живой был. Я поехал в Бухару в медресе, приехал — он умер. Я спрашивал: он кому-нибудь сказал дорогу? Говорят, нет. Так помер, никому не сказал. Я сам много раз искал в 1925 году, искал в 1930-м, искал в 1932-м. С той стороны пещер много. Но все ходят в большую (пещера Сыйкырдуу — прим.авт.), а через нее дороги нет. Геологи ходили искать. Знаешь Клунникова? Он ходил, другие ходили. И ничего не нашли. Где-то ход есть. Тот человек, который ходил, который умер, он богатый был. Баранов не было, кутасов не было, а был богатый. Откуда? Я думаю, у него где-то золото было спрятано. Или он в пещеру ходил? Там брал?» (Станюкович, 1977).

Памир.Район озера Рангкуль

Тайна «пещеры сокровищ» все же продолжала будоражить умы. И вот в июле 1957 г. к озеру Ранг-куль прибыла экспедиция Московского филиала Географического общества СССР под руководством академика И.Е. Тамма, выдающегося физика и альпиниста. Сначала группа предприняла попытку подняться к пещере снизу (двойка Б. Шляпцев, А. Андреев). Им удалось подняться примерно на 120 м и добраться до небольшого «кармана» в 20-25 м ниже «кладки» пещеры Мата-таш. Но оставшийся участок стены был без единой трещинки для крюка и его не удалось преодолеть.

После этого попытались спуститься сверху, поднявшись на гребень по южной стене. На небольшой скальной полке метрах в 280 над пещерой был закреплен блок-тормоз, через который на тросу опускали Б. Шляпцева и А. Ивкина, которые прихватили с собой не только набор шанцевого инструмента — надо же клад чем-то раскапывать, но и ружье — для защиты от пресловутых грифов. Однако, нависание скального карниза над входом оказалось столь значительно, что при спуске альпинисты оказались в 6-8 метрах от входа. Не помогла даже предусмотрительно захваченная с собой кошка, которой не за что было зацепиться на полу пещеры. Тогда они опустились ниже — до каменной «кладки» под отверстием входа. «Теперь, чтобы попасть в пещеру, оставалось преодолеть 10-12 метровую стену «кладки», представляющую собой сильно разрушенную и непрочную на вид породу» (Поляков, 1961).

Не решившись подняться по рыхлой породе и, также, не сумев обойти ее по скале, и эта группа отступила. Зато штурмующие прекрасно рассмотрели внутренность пещеры и увидели, что никаких сокровищ в ней нет. Однако, не ясным остался вопрос, не было ли у пещеры заваленного продолжения.

Грифы в этот раз тоже летали над альпинистами, но попыток напасть не предпринимали, очевидно интуитивно, а может и по опыту, чувствуя разницу между пистолетным и ружейным выстрелом.

Был в этой экспедиции и трагический момент: погиб один из студентов, приехавших из Чечекты посмотреть на штурм и попытавшийся забраться в пещеру самостоятельно.

Но, как и группе Блещунова, экспедиции И. Тамма гораздо больше повезло в пещере Сыйкырдуу. Примерно там же, где копал А.В. Блещунов, И.Е. Тамм нашел оселок для точки ножей, амулет и пряжку от седла. По утверждению А. Полякова, московскими археологами (опять чересчур общая ссылка — кем именно?) оселок отнесен к 4-5 векам до н.э. (ранняя сардская культура), «а пряжка оказалась уникальной китайской — 1-2 века до нашей эры». К сожалению, автору неизвестно, кто из специалистов помогал А. Блещунову и И. Тамму датировать их находки. Также неизвестно, где они сейчас хранятся.

Удивительно, что ничего подобного в Сыйкырдуу-ункур не находили археологи. Буквально за год до И.Е. Тамма, в 1956 г., в пещере побывала палеолитическая группа Памирского отряда под руководством известного исследователя палеолита Средней Азии В.А. Ранова (Ранов, 1959, 1967). Он пишет: «К сожалению, отсутствие освещения не позволило нам детально обследовать отдаленные камеры, пришлось ограничиться осмотром галереи, первого зала и небольшим шурфом 2×2, заложенным в галереи. Шурф был углублен на 2,1 м. Однако он не дал находок, кроме очень поздних» (Ранов, 1959), и уточняет: «В верхней части отложений встретились обломки деревянной посуды, следы костров, какие-то очень невыразительные черепки. Они не могли быть старше тех предметов, которые нашел А. Блещунов (т.е. позднее средневековье — БР). Вся наша добыча относилась явно к очень позднему времени и не представляла для нас никакого интереса» (Ранов, 1967). Остается сожалеть, что палеолитическая специализация, возможно, помешала раскопать интересный археологический памятник — если даже и не позднесредневековый, то отнюдь не современный.

Наверное подзадоренные неудачей своих московских коллег, в следующем году на штурм «пещеры сокровищ» ринулись ленинградские альпинисты. Ректор Ленинградского университета организовал и направил на Восточный Памир экспедицию, перед которой ставилась задача достигнуть пещеры Мата-таш. В апреле 1958 года команда из девяти мастеров спорта и перворазрядников появилась на берегах оз. Рангкуль. Учтя опыт двух предыдущих штурмовых экспедиций (В. Рацека и И.Тамма), ленинградцы соединили оба способа проникновения в пещеру, впервые использовав, как бы мы сейчас сказали, спелеологическую тактику: поднявшись, как и предшественники, по южной стене, они опустили с гребня трос и веревку и стали подниматься по веревке на схватывающих узлах, очевидно страхуясь за трос, и подстраховываясь скальными крючьями.

Одно из интереснейших открытий этой экспедиции было сделано в самом ее начале. Мастера спорта В. Г. Старицкий и С. М. Саввон, штурмовавшие стену «в лоб», нашли в трещинах скалы полуистлевшие обрывки волосяных верблюжьих веревок, при чем на высоте около ста метров, а также обрывки кашгарской ткани. Но по описанию (Прасолов, 1961) не совсем ясно, в каких именно местах были сделаны находки.

Единственным человеком, который побывал в пещере Мата-таш, был Валентин Якушкин. Последние восемьдесят метров ему пришлось все-таки преодолеть свободным лазаньем, но он надежно страховался верхней и нижней страховкой. «19 апреля В. Якушкин был в пещере, глубина которой метра два (gо другим сообщениям 3 м — БР), высота полтора, ширина метров двадцать. Кроме орлиного яйца и многовековой давности орлиного помета, в пещере ничего не было найдено, а пол ее, представляющий собою массивную скалу, исключал возможность и целесообразность раскопок» (Поляков, 1961).

Участник ленинградской экспедиции Саввон С.М. дал несколько иное описание штурма: «За сорок минут Якушкин преодолевает шесть метров сыпучей «кладки» (видимо и впрямь «кладка» довольно рыхлая — БР). Наконец преодолены последние сантиметры, и Якушкин достигает пещеры. Но вместо пещеры он видит нишу в монолитных скалах. Глубина ниши не более трех метров. «Кладка» состоит из камней, обвалившихся со свода этой ниши. Белизну кладке придает орлиный помет, который веками скапливался здесь… Пол ниши завален огромными глыбами, которые плотно сцементированы орлиным пометом. Чтобы добраться до дна ниши, необходимо проводить тяжелые раскопки, расчистку и сбрасывание скальных глыб. При этом была бы сметена вся перильная система, и для тех, кто проводил расчистку, необходимо было бы вновь налаживать спуск. Масштаб этих работ был явно не под силу малочисленной группе, штурмовавшей пещеру. Поэтому было принято решение не поднимать больше никого в пещеру… При спуске были выбиты все крючья в нижней части стены и сняты все веревки, чтобы не стимулировать самодеятельных кладоискателей…» (Станюкович, 1977).

Чтобы не уходить совсем с пустыми руками В. Якушкин прихватил в качестве сувенира яйцо грифа. Орнитолог Р. Потапов, описывая «исторический штурм», отдал предпочтение орнитологической стороне этого эпизода: «Весь пол довольно неглубокой пещеры, … был устлан толстым слоем птичьего помета и разнообразного мусора, посреди которого возвышалось гнездо крупного хищника — снежного сипа. Среди натасканного птицами тряпья и клочков шерсти покоилось на старых киргизских кальсонах большое белое яйцо. Если бы альпинисты знали тогда, что перед ними первое гнездо снежного сипа, найденное на территории нашей страны, они могли бы хоть немного утешиться.» (Потапов, 1976) . Снежный сип, или кумай, редкая даже для Средней Азии птица. Он крупнее своего более распространенного сородича — сипа белоголового. Британские телевизионщики из Би-Би-Си, которые снимали редких животных Памира и были нашими соседями по ущелью во время нашей экспедиции 1991 г., мечтали отснять гнездо этой редкой птицы или ее саму. Уже во время второй нашей экспедиции (в 1992 г.) мы наблюдали в бинокль гнезда кумаев в нескольких пещерах в отвесных скалах на головокружительной высоте.

Итак, несмотря на отсутствие сокровищ в «пещере сокровищ», легенда все же получила некоторые косвенные подтверждения — главным образом топографические и даже некоторые археологические. Однако вопросов осталось много. Вот как их сформулировал К.В. Станюкович: «Пещера, или ниша, осматривалась наспех, никто не покопался в ее полу, не попытался выяснить геологические причины и условия, вызвавшие образование кладки. Строение и происхождение самой ниши тоже осталось неясным. Если это только глухая ниша, которая никогда не имела прохода внутрь, какие же силы создали пещеру и сохранили кладку, нависающую над балконом?» (1977).

В 1991-1992 гг. мы проводили изучение некоторых пещер Рангкульского района и сегодня можем, с определенной долей уверенности, ответить на некоторые из поставленных вопросов.

Независимо от того, имеет ли «пещера сокровищ» продолжение, или нет, ее происхождение, как и происхождение подавляющего большинства пещер этого массива, связано с гидротермокарстом. Ниже нее отчетливо просматривается тектоническая трещина, вдоль которой полость разрабатывалась термальными водами. Судя по подземной закарстованности, которую нам приходилось наблюдать с противоположной стороны хребта в пещере Сыйкырдуу, весь массив пронизан разветвленной системой полостей гидротермокарстового генезиса. В некоторых местах эти полости были вскрыты ледниковой эрозией, но, в большинстве своем, позже были погребены под делювиально-коллювиальными отложениями. В случае со скалой Мата-таш, полости были вскрыты мощным тектоническим сбросом, который ограничивает с юга котловину оз. Ранг-куль.

Значительный диаметр самой полости (около 20 м), позволяет предположить, что она имеет продолжение вглубь массива. Однако, до 70 % входного отверстия заполнено так называемой «кладкой» — брекчеевым скоплением обломочного материала. Сама «кладка» неоднородна. Ее нижняя часть (примерно 40 % мощности) имеет белесоватый оттенок, а верхняя — темный (не считая самого верха, покрытого орлиным пометом). Опять таки по аналогии с другими полостями массива, можно предположить, что нижняя часть «кладки» представляет собой брекчию растворения-обрушения, являющуюся специфическим образованием гидротермокарста (Ю. Дублянский, 1990), и сформировалась еще до вскрытия полости. Белесоватый оттенок ей придает белый крупнокристаллический кальцит, который цементирует брекчию, а также окаймляет поверхность растворения — днище и нижнюю часть стен полости.

Верхняя часть брекчии, судя по свидетельствам штурмовавших пещеру скалолазов, несцементирована и, по-видимому, сложена продуктами обрушения свода, образовавшимися уже после вскрытия полости, вследствие физического выветривания. Эта верхняя часть кладки, скорее всего, преграждает вход внутрь пещерной системы. Однако, маловероятно чтобы она образовалась за легендарные несколько сот лет.

Относительно возможного продолжения внутрь массива, более предпочтительны шансы у той пещеры в скале Мата-таш, которая находится правее и ниже пещеры сокровищ.

Теперь, после рассмотрения геологических предпосылок легенды, интересно обратиться к ее историческим корням. Какие реальные исторические события могли быть с ней связаны?

За всю историю китайские войска, появлялись на Памире не часто. Последнее их появление здесь было связано со следующими событиями. 6 августа 1759 года китайскими войсками был взят Кашгар — в то время столица Восточного Туркестана. Мусульманские правители Кашгара — братья Бурхан-ад-Дин и Ходжа-Джихан, бежали на Памир, прихватив с собой не только казну, но и гарем. «С боями цинские войска, получившие подкрепления, дошли до оз. Яшилькуль и, увидев, что дальше им не пройти, вернулись в Кашгар» (Бо Хань, 1772, цитируется по: Зотов, 1991)). В октябре 1759 года на оз. Яшилькуль состоялась последняя битва братьев ходжей с циньским полководцем Фу Дэ. После этого братья ходжи ушли в Бадахшан, где погибли при подозрительных обстоятельствах (Зотов, 1991).

Если учесть, что битва на оз. Яшилькуль состоялась в октябре, то вполне возможно, что возвращаясь в Кашгар часть китайского войска не успела преодолеть Сарыкольский хребет, который отделяет Памир от Кашгара, до закрытия перевалов, вследствие чего, была вынуждена зимовать в котловине Ранг-куля.

Легенда, аналогичная рангкульской, существует и о пещере Дунья-Таш, расположенной где-то между Мургабом и Хорогом (не исключено, что в районе оз. Яшилькуль — прим.авт.) (Прасолов, 1961). Легенда связывает с этим местом какую-то битву, но там сокровища прятало разбитое войско. Возможно, что кашгарские правители, будучи разбиты, спасенную часть сокровищ укрыли в пещере Дунья-Таш, в то время, как в пещере Мата-таш (или в другой рангкульской пещере) китайцы прятали отбитую у кашгарцев часть сокровищ.

Сейчас уже существуют многие подтверждения того, что оставшаяся в живых часть китайского войска зимовала в пещере Сыйкырдуу Ункюр. Но в какой из многочисленных рангкульских пещер они спрятали награбленные сокровища еще предстоит узнать.

В этой связи уместно вспомнить еще одно свидетельство К. В. Станюковича: «Относительно черепа, который фигурировал в старых легендах, в том числе изложенных в газете за 1898 год, Мусса твердо говорил, что видел его. И что он долго шел до этого черепа. Потом спал там. Потом испугался и побежал обратно. А вот куда он ходил, он никому никогда не говорил. Вообще он о чем-то умалчивал, и прежде всего о том, в какую именно пещеру ходил, когда видел череп».

Таким образом, несмотря на то, что в этом районе побывало множество разнообразных экспедиций, будущих исследователей здесь ждут интереснейшие открытия, как сугубо спелеологические, так и спелеоархеологические.

ЛИТЕРАТУРА

Блещунов А. В. Рангкульская пещера // Побежденные вершины, 1954. — М.: Географгиз, 1957. с. 237-251.
Бо Хань. Высочайше утвержденная стратегия усмирения джунгаров. — Пекин, 1772. (на кит. языке).
Гвоздецкий Н. А. Известняковые останцы Памиро-Апая как реликтовые формы тропического карста // Труды МОИП т.47, 1972.-М. С. 160-168.
Гвоздецкий Н. А. Карст (Природа мира). — М.: Мысль, 1981.
Горбунов Н. П., Щербаков Д. И. Памирская высокогорная советско-германская экспедиция 1928 г. // Труды Памирской экспедиции. -Л.: Изд-во АН СССР, 1928, Вып. 6.
Дублянский Ю. В. Закономерности формирования и моделирования гидротермокарста — Новосибирск: Наука. Сиб. отд-ние, 1990. 151 с.
Зотов О. В. Китай и Восточный Туркестан в 15-18 вв.: межгосударственные отношения. — М.: Наука, 1991. Кастанье К. А. Современные успехи спелеологии и мои спелеологические поездки по Туркестану 1913 и 1914 гг. // Изв. Туркестан. Отдела Имп. Русс. Географ. О-ва. т. 11., вып. 2., ч. 2., 1915. 51 с.
Л. О. Рангкульская пещера и Чаракташ // Туркестанские ведомости, № 92, 1898.
Мурзаев Э. М. Годы исканий в Азии. — М.: Мысль, 1973. С. 166-167.
Поляков А. Тайна пещеры Мата-Таш // Приключения в горах. -М.: Физкультура и спорт, 1961. 76-83.
Потапов Р. Тигровая Балка. Неведомый Памир. Изд. 2-е. — М.: Мысль, 1976.
Прасолов Р. Тайна Рангкульской пещеры // Глобус (Географический ежегодник для детей). — Л.: Детгиз, 1961.
Ранов В. А. Археологи на «Крыше мира». — Душанбе: Ирфон, 1967.
Ранов В. А. Результаты разведок каменного века в 1956 г. Тр. АН ТаджССР, т.91, 1959.
Рацек В. И. История одной легенды. — Молодь Украiни, 14 янв. 1953 г.
Ридуш Б. Т. Пещера Сыйкырдуу на Восточном Памире // Свет, №1-2(7-8), 1993. 5-9.
Станюкович К. В. В горах Памира и Тянь-Шаня. — М.: Мысль, 1977. 177-195.
Черныш И. В. Пещера Путников на Восточном Памире (отчет об экспедиции в июль-авг. 1987 г.). — Балашиха: Рукопись, Балашихинское гор. научн. об-во учащихся. 1987.

Автор статьи: Б.Т. Ридуш (Черновицкий спелеоклуб «Троглодит»)

Источник статьи: журнал Украинской спелеологической Ассоциации «Свет», №2(15), 1996, с.23-28

1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars
Загрузка...

1 комментарий

  1. Находки Блещунова очень даже известно, где хранятся — в его собрании, в Одесском муниципальном музее личных коллекций им. А.В.Блещунова, в отдельной витрине, с описанием их истории. Через месяц будет готов сайт музея, можно будет зайти

Добавить комментарий