alp.org.ua / Альпинизм / Как погиб Евгений Абалаков

Как погиб Евгений Абалаков

При более чем странных обстоятельствах ушел из жизни знаменитый советский спортсмен, покоритель высочайших горных вершин, альпинист, капитан НКВД Евгений Абалаков.

Справка к делу

Евгений Михайлович Абалаков. Заслуженный мастер альпинизма, покорил более пятидесяти горных вершин на Памире, Тянь-Шане и на Кавказе. Первым и в одиночестве взял высочайшую вершину СССР пик Сталина (7495 м) в 1933 г. Эверест тогда был еще непокоренным, и Евгений Абалаков стал одним из самых выдающихся альпинистов мира. Слава его соразмерна славе Валерия Чкалова. Во время Великой Отечественной он сражался в битве за Москву в частях НКВД, готовил офицеров-альпинистов для боевых действий на Кавказе. Начал подготовку экспедиции на величайшую вершину мира.

Нынешние информационные агентства говорят, почти в унисон, что та трагедия, судя по всему, убийство. Вместе со знаменитым спортсменом погиб и его близкий друг, майор инженерных войск и тоже известный альпинист Юрий Арцишевский. Фамилию его, впрочем, теперь отчего-то вообще не упоминают.

В ночь с 23 на 24 марта 1948 г. два друга-альпиниста явились на квартиру знакомого в Москве и остались у него ночевать. Под утро их нашли в ванной комнате бездыханными. Врачи «скорой помощи», вызванные хозяином дома (тоже, кстати, врачом), констатировали смерть от отравления бытовым газом. Возбуждать уголовное дело не было оснований. Однако на панихиде и на Новодевичьем кладбище, где хоронили друзей, вдова Евгения Абалакова, Анна Николаевна, надрывно кричала: «Его убили! Найдите его убийцу!» — и порывалась в сторону хозяина квартиры, где случилась трагедия. Рядом с ней стоял маленький мальчик, который плохо понимал, что происходило вокруг. Это был Алексей, сын Евгения Абалакова. Ему скоро должно было исполниться семь, и в школу он еще не ходил.

По следам трагедии

Мне удалось найти того молчаливого мальчика, сына Евгения Абалакова. Теперь Алексей Евгеньевич — скульптор-монументалист, его работы установлены на площадях нескольких городов нашей страны. Живет один. Я встретился с ним.

— Для меня и мамы однозначно — отца убили, — сказал сын легендарного спортсмена. — Он был неугоден и слишком знаменит. Я беседовал с врачами, и мне объяснили, что в результате отравления газом тела погибших приобретают розовый оттенок. А оба они — отец и Арцишевский — были синего оттенка, как после отравления сильным ядом — кураре или синильной кислотой.

— Кому и зачем понадобилось его убивать? Да еще вместе с другом…

— Значит, кому-то это было нужно. Вспомните, что творилось в те годы. Арест кремлевских врачей, «ленинградское дело», убийство выдающегося актера и театрального режиссера Михоэлса, уничтожающий разнос великих композиторов, поэтов…

— Да, после войны пошла новая волна репрессий. Ни в чем не повинных людей хватали, расстреливали или отправляли на лесоповал. Причем брали ярких, известных, чтобы народ понимал: если уж с такими людьми так поступают…

— Вот именно. А отец тогда был на вершине славы. Он готовил экспедицию на знаменитые вершины Гималаев. Иван Дмитриевич Папанин, знаменитый исследователь Арктики, в официальном документе прямо сказал, что «взойти и исследовать высочайшую вершину мира Эверест, на которую не ступала нога человека, по силам только Евгению Абалакову».

— Значит, вы считаете, что ваш отец попал в список тех, кого надо было примерно убрать? Уж, казалось бы, он — прославленный, легендарный восходитель, покоритель пика Сталина, прославивший Родину, мог бы не опасаться за свою жизнь…

— Понимаете, именно альпинизм был тогда политизированным видом спорта. Другие страны тоже готовили экспедиции на Эверест, и все они ревниво смотрели в нашу сторону, наблюдали за тем, что у нас делается в этом направлении. В связи с этим органы Госбезопасности пытались отца вербовать, но, видимо, неудачно. А при отсутствии необходимого материала для ареста органами ГБ осуществлялась ликвидация разрабатываемого лица. Что, я полагаю, и произошло на квартире врача Беликова.

Про него Алексей Абалаков добавил, что в секретной лаборатории НКВД тот разрабатывал сильнодействующие яды. Алексей Евгеньевич считает, что после получения такой информации круг замкнулся… Однако прервемся.

Единственный свидетель

Не думал я, что удастся найти доктора Беликова: столько воды утекло, больше, чем полвека прошло… Однако нашел! Жив Георгий Петрович, здоров. Ему только что исполнилось 83 года, и он продолжает работать. Только отношения к секретной лаборатории со смертельными ядами не имеет и не имел. Он рассказал мне, как все случилось в ту далекую мартовскую ночь.

Было полдвенадцатого, они с женой собирались ложиться спать. И вдруг звонок в дверь. Беликов открыл. На пороге стояли двое: его старый товарищ Юра Арцишевский, тоже альпинист, как и сам доктор Беликов, а с ним… Беликов не верил своим глазам, по его словам, у него даже «челюсть отвисла». Потому что перед ним стоял его кумир, честь, слава и гордость советского альпинизма — человек, которого прежде он много раз видел в газетах и журналах, — перед ним стоял Евгений Абалаков!

Арцишевский жил в Тбилиси и приехал на Географический съезд, где Абалаков только что сделал доклад об экспедиции на Юго-Западный Памир. С собой он приволок бочонок красного сухого вина. Не мог же из Грузии приехать с пустыми руками! Сели за стол, поговорили, выпили по стакану вина. Спортсмены, поддерживающие форму, вообще пили исключительно мало. А потом гостям захотелось принять душ, перед тем как улечься спать, и они отправились в ванную. Она находилась за стеной комнаты, и Беликов слышал, как там льется вода. Потом ему показалось, что слишком долго льется она… Идти в ванную надо было через кухню, и, едва войдя в нее, Беликов увидел, что весь пол в ней сплошь залит. Он подошел к ванной и толкнул дверь. Она отчего-то была не заперта и открылась легко, Беликов в ужасе замер на пороге: врач, он сразу понял, что друзья мертвы. Огонь в газовой горелке погас. Ночь была морозной и ветреной, и, видимо, порыв ветра через вентиляционный канал загасил пламя горелки. Кстати сказать, в Москву только-только провели газ, и отечественные газовые колонки оказались очень капризны: огонь гас, а газ продолжал поступать. Вскоре их сняли с производства и заменили другими.

Последнее, что сделал Беликов в ту ночь, — вызвал «скорую» и милицию, позвонил Виталию Абалакову, родному брату Евгения: «Срочно приезжай, с Женей несчастье…».

Кому это было нужно?

Алексей Евгеньевич, не убивал Беликов своих гостей. И НКВД их тоже не убивал. Никому не нужна была их смерть. Хотя некоторые обращают внимание на Виталия Абалакова, родного брата знаменитого альпиниста. В молодости братья очень дружили, ходили вдвоем в походы, совершали восхождения. Когда Евгений стал всенародной знаменитостью, человеком, которого показывали в кинохронике, чьи портреты смотрели с газетных стендов, о котором говорили по радио, Виталий ему стал люто завидовать. И скрытно ненавидеть родного брата. Ко всему прочему, Евгений был талантливым скульптором, художником, его работы экспонировались на выставках. И вообще он во всем был ярким, талантливым человеком. А еще — отважным, щедрым, мужественным. Во время рекордного восхождения на пик Сталина он вынес на руках в нижний лагерь начальника экспедиции, Николая Горбунова, отморозившего ноги. И потом несколько часов, не переставая, растирал их ему. И еще однажды он спас жизнь попавшему в беду товарищу.

А Виталий был желчный, завистливый и очень недобрый человек. После смерти брата он сразу же стал затирать его достижения, отменил переходящий приз имени Евгения Абалакова и в списке рекордных достижений всегда ставил первым себя. Это было в его возможностях: он руководил Федерацией альпинизма СССР. Но и он не убивал Евгения Абалакова. Он спал дома, когда случилась трагедия.

Всю свою сознательную жизнь Алексей, сын Евгения Абалакова, живет под гнетом сознания того, что отец его был убит. И мать его, Анна Николаевна, когда была жива, поддерживала в нем эту уверенность. Женщина энергичная и настойчивая, она сумела пробиться на прием к Юрию Владимировичу Андропову, когда тот был председателем КГБ, и в запальчивости бросила ему: «Я не верю в случайную смерть моего мужа!». Андропов ответил: «А мы верим».

К слову. Владимир Шатаев, президент Союза альпинистов и скалолазов России, мастер спорта, совершивший восхождение на Эверест: «Евгений Абалаков, без сомнения, самый выдающийся наш альпинист. Человек, во многих отношениях, замечательный. Его преждевременная гибель — результат нелепого несчастного случая».

Автор статьи: Леонид Репин
«Парламентская газета» № 54 (1183) от 25.03.2003

Добавить комментарий